Логотип

E-mail: red1ra@radnet.ru | О газете

Страницы истории

В редакционном архиве сохранились воспоминания В.Данилова, работавшего последние военные годы литературным сотрудником, заведующим отделом промышленности в «Адыгейской правде», о том, как он приехал в феврале 1943 года в послеоккупационный Майкоп, куда его направили из республиканской газеты Казахстана для укрепления журналистского корпуса Адыгейской автономной области. Из довольно объемных воспоминаний мы отобрали ту часть, где рассказывается о подготовке и выпуске первого послеоккупационного номера «Адыгейской правды».

Почта в Майкопе появилась с самого его основания. Когда город был крепостью, почта была военной, переписка подвергалась военной цензуре. Затем Майкоп стал станицей, а потом и городом, появилась гражданская почта. Здание, где она находилась, сохранилось до сих пор, находится на улице Первомайской между улицами Победы и Майкопской. Построено оно было в1863 году.

Первым майкопским почтмейстером был Андрей Фесенко, имевший титул надворного советника. За время его работы почтмейстером сменилось три градоначальника (избирались городской думой на четыре года), и каждый считал за честь пригласить в гости почтмейстера. Кстати, в телефонном справочнике города я нашел несколько майкопчан с фамилией Фесенко, не исключено, что кто-нибудь из них является потомком первого майкопского почтмейстера.

В соответствии с постановлением ВЦИК СССР от 19 апреля 1936 года административным центром Адыгейской автономной области должен был стать Майкоп, который до этого считался уездным городом.

История не сохранила сведений о том, как переезжали партийные и советские органы автономной области в Майкоп. Но точно то, что специального эшелона, как было при переезде советского правительства из Петрограда в Москву, не было, и каждое ведомство переезжало на новое место в соответствии со своими возможностями.

Áåäàíîêîâ Àñêåðáèé Êàñïîòîâè÷ (08.02.1917 — 15.07.1969)

Главное — честно посеять.

Г.Л.Немченко.

Ветер перемен

Река Ходзь, начав путь со склона Большого Тхача, несет свои воды сотни километров, по пути вбирая «младших сестричек»: Бугунж, Гупс, Фаджако. Бурлящий мощный поток неустанно прокладывает русло сквозь ущелья, спеша к людям с живительной влагой. Присмирев перед впадением в своенравную красавицу Лабу, Ходзь устремляется по широкой долине и дарит свое имя расположенному на левом берегу аулу, словно наделяя его жителей такой же тягой к трудолюбию…

На снимке под номером 2 запечатлен Петр Петрович Пашков, живший в станице Ханской. Нам удалось узнать, как воевал, как жил после войны этот солдат редакционного Бессмертного полка.

В действующую армию Петр Пашков был призван в апреле 1943 года — раньше возраст не позволял. Вопреки желанию скорее вступить в бой с захватчиками его направили на торфяные разработки в Шатуру под Москвой. Топлива тогда не хватало, и добыча торфа приравнивалась к боевым действиям.

Жительница станицы Ханской Валентина Непомилуева,  краевед и активист ветеранского движения, узнала на портрете, опубликованном под номером 4, свою землячку Наталью Андреевну Горшенину (до замужества — Павлова).

Наташа жила в городе Шахты, училась на медсестру. Однажды в городском парке на танцах девушка познакомилась с молоденьким лейтенантом-летчиком. Это был веселый и заводной парень — и на гитаре играл, и пел. На предложение лейтенанта Константина Горшенина пожениться Наташа ответила согласием. Родилась дочка. В начале 1941 года Константина Горшенина перевели в летную часть, базировавшуюся у западной границы страны.

На снимке под номером 7 майкопчанин Илья Поспелов узнал своего знакомого Ивана Федоровича Коробкина. И вот что о нем рассказал.

На фронт Иван ушел добровольцем. Направили на краткосрочные курсы фронтовых шоферов, что и определило всю военную судьбу нашего земляка. Боевая работа Ивана Коробкина — заправщика самолетов горючим — была трудной и опасной, потому как заправлять бомбардировщики приходилось иногда под обстрелом и бомбежками врага.

Воспоминания участника Сталинградской битвы Владимира Павловича Бибичева.

Новый, 1943 год мы встретили, лежа на морозе в снегу, в обороне. Было тихо вокруг, немцы не стреляли. И вдруг небо осветили ракеты — это был салют сталинградцев в честь наступившего года, на который каждый боец возлагал большие надежды в изгнании врага из Сталинграда.

Когда вернулись в свое расположение, отметили праздник «боевыми наркомовскими». Поскольку старшина не знал о выбывших из строя, нам досталось больше, чем по 100 граммов. Пришлось доставать из неприкосновенного запаса консервы. Кто-то из бойцов сбегал к соседям, только что прибывшим на помощь сталинградцам, — воинам-сибирякам и принес пихтовую ветку из тех, которыми маскировали эшелон, когда он мчался на всех парах на Сталинград. Ветку поставили в тяжелую артиллерийскую гильзу, и получилась в нашем подвале новогодняя елка. Некоторые бойцы подшучивали: мол, Деда Мороза и Снегурочки не хватает.